10 дек. 2009 г.

Интервью П. Полянского

Павел Брониславович Полянский, заместитель министра образования и науки УкраиныСегодня все больше экспертов начали говорить о том, что в украинском образовании есть множество проблем. В то же время зарубежные исследования свидетельствуют, что Украина не является аутсайдером в этом вопросе. Правда, лидером ее пока тоже тяжело назвать. Об этом и другом в интервью ForUm’y рассказал заместитель министра образования Украины Павел Полянский.

— Павел Брониславович, придерживаются ли сейчас в школах и высших учебных заведениях профилактических мероприятий в связи с эпидемией гриппа?

— Да, придерживаются. Педагоги совместно с работниками здравоохранения обеспечивают контроль за состоянием здоровья воспитанников учебных заведений; сохраняется усиленный контроль за соблюдением санитарно-гигиенических требований, эпидемического режима; организацией питания. При появлении у детей, учеников, студентов признаков респираторной инфекции они безотлагательно должны быть направлены в медицинский пункт, надлежит вызвать родителей и оказать первую медицинскую помощь. В частности, местными органами управления образования была проведена дополнительная проверка в учебных заведениях по обеспечению детей и работников защитными масками, соблюдению теплового режима. В детских садах проводится обязательное профилактическое мытье рук. Этот год не был для системы образования чем-то необычным, потому что практически ежегодно мы сталкиваемся с проблемой простудных заболеваний, так что опыт в этом деле имеем.

— А в чем особенность этого года?

— В первую очередь — в масштабах и остроте проявлений заболевания. Именно по этой причине было принято решение объявить преждевременные каникулы в масштабах всей страны; в некоторых регионах даже был введен карантинный режим. Первая волна эпидемии пошла на убыль, однако нам рано успокаиваться, поскольку до весны еще далеко.

— Будут ли учащиеся «отрабатывать» каникулы? Например, учиться по субботам.

— Министерство ежегодно дает рекомендации по срокам каникул. Однако учитывая местные особенности, природно-климатические условия или, как в этом году, эпидемиологическую ситуацию, местные органы управления образования вправе корректировать сроки объявления каникул на своей территории. В своих письмах Министерство рекомендовало чиновникам просвещения и руководителям учебных заведений, в частности — школ, чтобы в субботу или по 8 уроков ежедневно дети не «отрабатывали». Есть возможности, чтобы этого не делать.

— Например?

— В высших учебных заведениях есть возможность внести коррективы в графики учебного процесса дневной формы обучения, предусмотрев, в частности, до конца текущего года уплотнение расписания занятий за счет проведения дополнительных часов; использовать дистанционные элементы в обучении с применением информационно-коммуникационных технологий при прорабатывании теоретического материала, выполнении практических и индивидуальных заданий.

В профессионально-технических учебных заведениях — отработать часы в форме экстернатного, дистанционного обучения или обучения по индивидуальным планам при изучении предметов гуманитарного, общетехнического направления, предметов, которые свободно выбираются, или по другим направлениям подготовки в соответствии с требованиями конкретных профессий и сроков обучения; проводить производственное обучение, производственную практику на предприятиях и консультации по дипломным работам в условиях производства или сферы услуг в соответствии с утвержденными учебными планами и программами.
В школах и раньше применяли разные способы уплотнения изучения учебного материала за счет объединения учебных тем, использования межпредметных связей, обзорного или самостоятельного изучения учебного материала, изменения времени проведения учебных экскурсий, использования резервных часов учебной программы и часов, предусмотренных на проведение отдельных уроков тематического оценивания.
Учебными планами предусмотрено, что в учебном году для ребят отводится от 5 до 15 дней на прохождение учебной практики. Она проводится в разных формах, в зависимости от предмета, в том числе — и в форме экскурсий на природу для младших школьников.


— И в музеи…

— Конечно. Правда, это проще сделать в городах. В селах, если это не Пирогово или другой музейный центр, это сделать сложнее, но вполне реально, была бы на это добрая воля родителей и учителей.
Вообще, учителя лучше других знают, что в учебных программах по всем без исключения предметам предусмотрено резервное время учителя. Иногда этого времени накапливается до 10 уроков в год, иногда — 5. Однако на сегодня я бы не сказал, что мы существенно выбились из графика учебного года.
Кроме того, закон определяет, что на протяжении учебного года у детей должно быть не менее 30 дней каникул. Но он не регулирует, в какие конкретные дни эти каникулы могут быть.
Но у нас все же есть предел, за который мы не имеем права выйти.


— Какой именно?

— Согласно законодательству, все учебно-воспитательные процессы с детьми, которые мы проводим, должны быть завершены к 1 июля 2010 года. Поэтому у нас есть оптимизм, что эти предупредительные меры минимизируют вторую-третью волны гриппа, если они вдруг будут. Чего, конечно, никому не хочется, потому что здоровье людей — это самое главное.
Поэтому мы не рекомендовали ни рабочие субботы, ни шестидневные рабочие недели в школах с пятидневным режимом, чтобы не перегружать детей. Надеюсь, что все в конечном итоге будет нормально.


— Некоторые дети на «каникулах» учились с помощью сети Интернет. Одобряете ли Вы такую практику общения с преподавателями?

— Эти каникулы показали много чего интересного. В частности, степень готовности на местах в разных областях к внедрению различных форм обучения.
Министерство в свое время тиражировало и распространяло дистанционные курсы. Многие из них были разработаны именно на местах.
Каникулы как лакмусовая бумажка показали, кто в действительности был готов к такой деятельности.


— Так какие выводы были сделаны благодаря нынешней эпидемии?

— Если говорить об этом, то лично я одним из уроков для дальнейшего усовершенствования управления образованием вынес то, что нужно постоянно держать руку на пульсе внедрения на местах таких дистанционных курсов.
Думаю, нынешние события стали уроком для всех в том смысле, что «машину» нужно всегда держать в состоянии боевой готовности. Поэтому там, где люди должным образом работали, внедряли эти курсы, детям и учителям проще наверстывать программный материал.
Постоянно действующую систему дистанционного обучения нужно совершенствовать не только как антиэпидемиологическое средство, а потому, что это современные информационные технологии, которые являются эффективными.


— Как бы Вы оценили качество украинского образования по пятибалльной шкале?

— Я считаю, что в первую очередь оценку должны давать дети и их родители. Я в этом вопросе не могу быть объективным, поскольку как причастное к его развитию лицо могу быть предвзятым. Оценку должно давать также общество и экспертная среда.
Сейчас иногда раздаются такие оценки, как «провал», «упадок». Думаю, что здесь много политики и совсем мало правды и профессионализма. Если взять в качестве примера последние международные мониторинговые исследования о том, как одолевают дети математику и естественные науки, то мы находимся не среди лидеров или аутсайдеров. Мы — на хорошем уровне таких стран, как, например, Норвегия. Многое нужно развивать и изменять, но «провала» нет.
В то же время я не склонен оценивать достижения системы образования любой страны по результатам лишь международных олимпиад. Это, несомненно, важный показатель, но нельзя судить только по нему. Иногда в качестве аргумента используют: у нас все замечательно, идеально — наши дети получили столько-то медалей. Да, это важно, но еще важнее, насколько добротен средний показатель. Результат же существенно будет зависеть от того, кто и как проводит международные сравнительные исследования.
Наши программы не совсем совпадают с теми заданиями, которые применяют международные организации, измеряющие качество образования. Это вполне естественно. Если бы в других европейских странах провести измерение по нашим программам, то они бы были аутсайдерами, а мы — беспрекословными лидерами. Поэтому здесь нельзя категорически судить.


— Расскажите, как повлиял на обучение переход с пятибалльной системы на двенадцатибалльную?

— Неожиданный вопрос, ведь нынешняя система оценивания действует уже семь лет. Большинство учащихся слышали о старой лишь по рассказам дедушек, бабушек и родителей. Хочу, чтобы обратили внимание на некоторые вещи. Главное в нынешней системе оценивания совсем не то, что она 12-бальная. Это вторично.
Во-первых, до введения в 2002 году этой системы оценивания в стране ежегодно было в среднем 27 тысяч второгодников. Это хорошие дети, но в силу разных причин, в том числе и по вине взрослых, они утратили интерес к учебе. Их повторное обучение обходилось налогоплательщикам приблизительно в такую же сумму, какую из них брали на строительство новых школ за один год.
Во-вторых, история педагогики во все эпохи, во всех странах не знает позитивных массовых примеров, когда ребенок, которого принудительно за плохую учебу оставили на повторный курс, «вдруг» потянулся к знаниям. Поэтому качество знаний мы не получали. Зато мы получали детей с комплексами; они не любили учителей, ровесников, родителей и школу. Потому что у них было клеймо «второсортных». Эти дети или совсем уходили со школы, или все же «со слезами» заканчивали ее с «нарисованными» учителями «тройками» и шли в общество, где им нужно было на кого-то эту негативную энергетику «сбросить».


— Так с какой целью внедряли эту систему?

— Новая система предусматривает оценивание не неудач, а достижений ребенка. Даже если эти результаты не такие уж и высокие. Пятибалльная система, а в действительности она зачастую была трехбалльной (3, 4, 5), базировалась на оценивании незнания. Раньше, когда ставили «четверку» или «тройку», говорили: «За то, что не сказали или не знаете того-то». Дети искусственно делились на две категории: «хорошие» (4-5 баллов) и «плохие» (2-3 балла). Такое себе тоталитарное по своей сути разделение на «черное» и «белое».
12-бальная система предусматривает оценивание учебных достижений, даже незначительных учебных успехов ребенка. Не все же люди одинаково одарены то ли в математике, то ли в гуманитарных предметах, то ли в художественно-эстетических дисциплинах... Поэтому в аттестат выставляются все баллы: от одного до двенадцати. Это честно по отношению к стандартам образования, поскольку не фальсифицируются реальные результаты, и гуманно по отношению к нашим детям.


— Были ли жалобы родителей на это нововведение?

— С 2002 года ни одной жалобы от родителей и детей не было. От учителей, которые за многие годы привыкли работать в формате пятибалльной системы, сетования были. От молодых учителей — очень мало.
Но на самом деле давалась эта реформа непросто. Пять баллов или двенадцать — это проблема для нас, взрослых, а не для детей. Они не знают другой системы.


— Павел Брониславович, как Вы знаете, в прошлом году было немало случаев смертей детей на уроках физкультуры. Скажите, как Министерство влияет на ситуацию, чтобы предотвратить это в будущем?

— На самом деле мы начали разрабатывать новые подходы еще до этих трагических случаев. Эти новации ориентированы не на сдачу традиционных нормативов, а на оценивание индивидуального продвижения каждого ребенка.
Министерство внесло в Правительство программу реформирования физической культуры и воспитания в школах, которая предусматривает изменения в Государственный стандарт общего среднего образования, а самое главное — обеспечение необходимым спортивным оборудованием спортивных залов и площадок. Механическое увеличение количества уроков физкультуры, если в школе нет спортивного зала или оборудования, ничего не даст...


— А подробнее?

— Эта программа комплексная. В сущности, речь идет о новой доктрине физической культуры и спорта в школе. Мы хотим, чтобы было больше спортивных секций, двигательной активности.
Нас в этом смысле меньше должны интересовать медали, которые завоевывают профессиональные спортсмены на международных спортивных соревнованиях. Они, конечно, важны для международного имиджа страны. Однако еще более важным является общее состояние здоровья населения, в первую очередь — детей.
Так что здесь комплексная проблема. Однако «обезьянничать» какую-либо модель другой страны глупо. Перенимать лучшие практики — да.


— Давайте еще поговорим о льготниках. Некоторые эксперты советуют отказаться от них, чтобы не делать этим детям «медвежью услугу». Как Вы относитесь к такой инициативе?

— Все заложено в законах Украины, которые может изменить только Верховная Рада. Хорошо или плохо, но от Министерства здесь практически ничего не зависит, поскольку что закон имеет большую силу, нежели постановление правительства или приказ Министерства.
Многие говорят, что для всех детей должны быть равные условия при вступлении. А потом, когда человек стал студентом, государство должно существенно, в том числе материально, ему помогать.
На сегодня Министерство, совместно с отдельными народными депутатами Украины, инициировало установить льготную квоту не более 25% для того, чтобы не повторилась прошлогодняя ситуация, когда на престижные факультеты или специальности был большой наплыв «льготников».
Мы тогда вышли из этой ситуации — дали дополнительные места государственного заказа, но это вызвало общественное возмущение. «Льготники» не оказывали существенного влияния на конкурсную ситуацию, поскольку их удельный вес не превышал 4–5% от общего количества поступающих.


— И напоследок. Некоторые украинцы, выезжающие за границу, вынуждены там пересдавать экзамены в высших учебных заведениях, чтобы подтвердить уровень своего образования. Как Вы относитесь к такой практике?

— Речь идет о государствах, не заключивших с Украиной соглашение о взаимном признании документов об образовании. Когда к нам приезжает гражданин такого государства, он (она) проходит такую же процедуру. Это абсолютно нормальная практика.
По мере расширения круга стран, с которыми будут заключены соответствующие соглашения, процедуры будут упрощаться, достаточно будет осуществить нострификацию документов. Собственно, Болонский процесс как раз и направлен на преодоление каких-либо преград в свободном функционировании общеевропейского образовательного пространства.

Комментариев нет: